Подборка материалов по событию

Канал TacticMedia открывает новый цикл, посвященный боевым действиям на Адриатическом море во время Первой мировой войны. В первой части рассказывается об истории австро-венгерского флота, описывается состав сил противоборствующих флотов (австро-венгерского, итальянского и французского) и дается характеристика Адриатического моря как театра боевых действий.

Когда были выбиты рейдеры германского флота из боевых кораблей и роскошных лайнеров, могло показаться, что борьба на коммуникациях закончена. По крайней мере новое слово в ней смогут сказать только подводные лодки.

Однако в реалиях морской войны 1914-1918 гг. возможности выйти на океанские просторы из формально блокированных портов Германии все же наличествовали. Причем даже не боевых кораблей, а "торгашей". Замаскировать интернированное судно под русское, нагрузить минами и отправить их ставить под носом у противника? Безумие? Зависит от командира, команды и Его Величества Случая. 

После первых минно-заградительных операций германского флота в британских водах англичане быстро предприняли контрмеры по защите судоходства в своих прибрежных водах. Однако противник не собирался отдавать инициативу, и минная война стала важнейшим элементом стратегии немцев, которые набегами на английское побережье стремились оспорить господство Королевского флота в Северном море. 

На протяжении всей своей многовековой истории Королевский флот Великобритании неукоснительно исполнял обязанность по защите национального рыболовства, которое было важнейшей частью экономики страны. Первая мировая война нарушила эту традицию, как и множество других представлений человечества о характере ведения войн. Впервые в истории на рыбаков и их суденышки была возложена задача оберегать от мин и подводных лодок могучие линейные корабли и жизненно важные судоходные пути Англии.

Холодные уравнения говорили: у эскадры Шпее в бою с линейными крейсерами Стэрди 8 декабря 1914 г. нет шансов. Она будет разбита молотом 305-мм снарядов. Однако командиры кораблей и лично Шпее решили последовать максиме товарища Сухова: "Лучше, конечно, помучиться". Они дали бой, бросились в разные стороны, чтобы хоть кто-то спасся...

Поражение при Коронеле 1 ноября 1914 г. для британского флота было первым за более чем столетие. Это была пощечина, которую нельзя было прощать. В метрополии сколачивают эскадру для мщения. Однако, глядя на отбор кораблей в неё, может показаться, что эскадру отправляют проиграть. Сильный кулак, с двумя линейными крейсерами, но с массой недостатков и неисправностей.

Два командующих эскадрой, Шпее и Крэддок были уверены, что охотятся на лёгкую цель, один крейсер. Однако вместо этого каждый из них увидел дымы целой эскадры. Вечерело и бой должен был стать скоротечным, не обещая решительного результата. Вопреки ожиданиям Коронель стал тяжёлым поражением английского флота. Простые ответы "волны захлёстывали орудийные порты" при ближайшем рассмотрении оказываются неверными. Что же произошло? Какие варианты действий после боя были у Шпее? Выпуск посвящается русскому исследователю военно-морского флота Н.И. Печукони

Что может воодушевить военного моряка? Конечно же успешное и безопасное нападение на вражескую гавань. Именно так рассуждал фон Шпее, собрав свою эскадру в один кулак и нацеливаясь на Таити. В Европе немцы и французы уже сражались и гибли тысячами, а здесь в тропическом раю все было тихо. Только командир французской канонерки "Зеле" Максим Дестремо был из тех кому не все равно. Сочувствующий немцам губернатор, ничтожные возможности боевого корабля для службы на краю земли - все было против него. Орудия на берег, корабль поперёк фарватера - таков был его план, когда над гаванью Папеэте заурчали 210-мм снаряды. В то же время далеко на юге была английская эскадра Крэдока и обстрел Таити сигнализировал "немцы здесь".

"Остазиенгешвадер" - Восточноазиатская эскадра германского военно-морского флота собиралась и готовилась долго и любовно. Кайзеровская Германия мечтала о колониях в райских уголках планеты. Сменялись корабли, командиры. В период, непосредственно предшествующий Первой Мировой войне командующим крейсерской эскадры стал Максимилиан фон Шпее, дворянин, чей род уходил в седой XIII век. 

Продолжение темы штурмовых частей русской армии периода Первой мировой войны. В ролике рассматриваются ударные части, части "смерти" и революционные волонтеры тыла в 1917 г

Командиру "Кенигсберга" М.Лоофу достался сильный и энергичный противник - капитан 1-го ранга С. Друри-Лоу. Это было поистине эпическое противостояние длиной в несколько месяцев, с засылкой агентов, самодельными миноносками и самолётами. Англичане давили грубой силой и численным превосходством, но даже большое число "вымпелов" нужно было правильно применить в лабиринте дельты реки Руфиджи. Немецкий крейсер не просто маскировался в тропической растительности, но отвечал огнём. Развязка истории наступит закономерно, но неожиданно.

Восточная Африка была для Германии не имиджевым, а денежным колониальным проектом. За несколько недель до начала Первой Мировой войны стационером сюда был отправлен свежеотремонтированный лёгкий крейсер "Кенигсберг". Ему предстояло противостоять превосходящим силам неприятеля не в открытом океане, но в дельте африканской реки Руфиджи.

Первая мировая война на Западном фронте во многом ассоциируется с образом германского штурмовика. Существование аналогичных частей в русской армии является малоизвестной страницей Первой мировой войны. О них и будет рассказано в ролике. Ссылка на ролик с тренировкой немцев.

Финал. "Куда они денутся?" - так, вероятно, думал командир "Сиднея" Глоссоп о немецкой десантной партии на острове Дирекшен. Каково же было его удивление, когда противник исчез. Небольшой отряд немецких моряков во главе с фон Мюкке отправился в путешествие в неизвестность на шхуне «Айша». Запас провизии, ни гроша в кармане и четыре пулемета "Шпандау" - что еще нужно, чтобы вернуться на большую войну? Как в старые времена, под парусом. Впереди их ждали превратности плавания на потрепанном судне, схватки с бедуинами. Мутной путеводной звездой служил тот факт, что Османская Империя стала в 1914 г. союзником кайзеровской Германии. Завершаем рассказ и подводим итоги крейсерства "Эмдена".

110 лет назад, 9 ноября 1914 года, во время Первой мировой войны произошёл бой около Кокосовых островов на северо-востоке Индийского океана. В бою сошлись немецкий лёгкий крейсер «Эмден» и австралийский лёгкий крейсер «Сидней». 

Расставшись ко взаимному удовлетворению с эскадрой Шпее, командир "Эмдена" уходил в неизвестность на необъятные просторы Индийского океана.

Проблемой номер один был уголь, который поглощали топки крейсера. Капитану Мюллеру был оставлен один угольщик, пароход «Маркоманния», но запасов на нем хватило бы ненадолго. Как была решена проблема топлива? Как буквально за несколько недель "Эмден" с лихвой окупил свою постройку и эксплуатацию? Как Мюллер снискал славу благородного пирата? Какой приз был самым неказистым внешне, но убийственно важным для английской системы базирования на Тихом океане?

Публикуем записи лекций с прошедшего в Гусеве исторического фестиваля "Первая мировая. Судьба России и мира".

Лекция историка военной медицины Александра Поволоцкого: " Каинов дым. Боевые отравляющие вещества до, во время и после Первой мировой войны"

Помимо громадных линкоров Германия к началу Первой Мировой войны располагала крейсерами, разбросанными по всему земном шару. Они обороняли колонии и даже успели в этом качестве побывать в бою до розового лета 1914 г. Для них ещё до войны была организована тайная система снабжения. Лёгкий крейсер "Эмден" в их ряду не был чем-то выдающимся. Паровые машины, тонкая броня и не самое сильное вооружение. Служба на далеком меридиане без серьезного ремонта привела к том, что корабль не мог на долгое время развить ход более 18 узлов, что делало "Эмден" "сидячей уткой". Однако у этого корабля были командир и старший помощник, которым было не все равно.

Федор Лисицын и Алексей Исаев. Ютландский бой. Крупнейшее морское сражение Первой мировой войны. Часть 1. Германия и морская мощь.

Первая Мировая стала первой тотальной войной на истощение, в прямом и переносном смысле. И теперь победу или поражение определялась не столько силой армии на передовой, сколько мощью тылового народного хозяйства. О процессе удушения вражеской экономики Антантой мы и поговорим на нашей передаче.

В мае 1917 года почти все французские газеты рассказывали о подвиге доблестного французского авиатора, су-лейтенанта Раймона Бернэ, героически погибшего на русском фронте, ценой своей жизни спасшего русский экипаж и награжденном орденом Св. Георгия.

Газетчики не скупились на эпитеты, описывая подробности подвига и пышных похорон героя, политики упоминали его в своих речах, о нем вели переписку генералы Жанен и Эверт, рассыпаясь в высокопарных выражениях о нерушимом союзе Франции и России. Что примечательно, о самом герое в этих статьях, кроме имени, не было написано ничего.

Вероятно, если бы Россия не пережила известные события и разделила бы победу со своими союзниками, то Раймон Бернэ превратился бы в символ нерушимого боевого братства двух народов, на манер летчиков полка «Нормандия-Неман». Но, история, как известно, не терпит сослагательного наклонения, и скромный офицер из глухой французской провинции, погибший в небе Белоруссии, накануне Февральской Революции, не превратился в бронзовый памятник, а был практически забыт и в России, и во Франции.

В конце марта 1910 года в Ньор-Суше (Niort-Souché) прошла Авиационная неделя в присутствии Жака де Лессепса (Jacques de Lesseps), пионера французской авиации. За этим действом наблюдает еще никому неизвестный Жан-Фернан Робинэ, кареглазый парнишка в кепке козырьком назад, с хулиганской улыбкой и ямочками на щеках. Ему только исполнилось 20 лет, через полтора года он станет дипломированным пилотом, через три – одним из первых военных летчиков Франции, а через семь лет навсегда сложит крылья в далекой России...