Только торпеды, только хардкор... Немецкие торпедоносцы в 1939 г.

---

К началу Второй мировой войны Германия, как и многие другие страны, обладала возможностью применять в воздушной войне над морем самолеты-торпедоносцы. Для этого у немцев было все: специальные торпеды, появившиеся еще в 1933 г. самолет-носитель Не-59 и, наконец, специально обученные экипажи в специальных отрядах береговой авиации. И при всем при этом, понадобился почти год для того, чтобы применять торпедоносную авиацию более-менее регулярно и начать одерживать успехи при помощи этого вида оружия. Почему же так получилось?

Краткий экскурс в историю: авиаторпеды были известны немцам еще с 1915 года., а применять их обширно и достаточно успешно они начали с осени 1916 года. Самолеты фирм «Фридрихсхафен» и «Гота» производились в достаточном объеме, разрабатывались новые типы – но все закончилось в 1919 г. После войны и Версальского договора торпедоносцы Германии иметь было нельзя, и потому в истории появилась гигантская черная дыра величиной в 15 лет, что потом сильно отразилось на немцах в 1939 г.

Кое-какие робкие опыты в стране проводили и во времена Веймарской республики. Например, торпеды пытались подвешивать под Ju-52 и на этот счет есть даже фотография. В принципе, при заказе на разработку многоцелевого морского самолета в 1930 г. тоже, скорее всего, торпеды как-то учитывались. Самолет потом получил название – Heinkel He 59. Это был громоздкий биплан-гидроплан с расчалками, по виду сильно напоминавший FF 41at, только с другими моторами. После разного рода испытаний самолет пошел в серию и к началу войны его сделали в количестве около сотни штук (в строю береговых групп была 41 машина на 2.9.39). Не-59 даже был опробован в боевой обстановке: самый первый вылет на нем был совершен еще в Испании, когда ставший впоследствии знаменитым Вернер Клюмпер, воевавший в составе Aufklarungsstaffel See 88, угрожая атакой, заставил зайти в порт мятежников республиканский пароход «Nuria».

Что касается торпед, то своих Германия сделать не удосужилась. В 1933 г. была куплена лицензия на норвежскую авиаторпеду фирмы «Хортен», и потом ее понемногу производили под маркой F5 фирмой «Шварцкопф» в Киле. Немецкие торпеды были гораздо хуже качеством, чем норвежские – даже дистанция хода у них была не 4000 м, как у скандинавского образца, а всего 2500 м. Торпеда была очень капризна к характеристикам сброса – глубина не менее 15 м, высота сброса 40 м, скорость сброса не больше 200-250 км/ч, и чем она больше, тем больше вероятность, что торпеда при касании воды разлетится на куски. В Торпедном исследовательском институте (TVA) и испытательном центре в Травемюнде все время велись какие-то работы по улучшению, но торпеда, имевшая теперь индекс F5b, все никак не хотела становиться достаточно надежной и удовлетворять моряков.

Таким образом, в двух пунктах «программы» крылись подвохи. Самолеты были, но слишком старые и странно было думать даже в сентябре 1939 г., что такие «летающие амбары» смогут эффективно применяться для торпедных атак вражеских боевых кораблей. Попыток приделать торпеды к новым многоцелевым самолетам Не-115, появившемся еще в 1937 г., не делалось – они не могли лететь с такой малой скоростью, которая требовалась для торпедирования! Сами торпеды были слишком хрупкими и капризными, чтобы стать по-настоящему боевыми.

Фактически были проблемы были и с последним, третьим пунктом «авиаторпедной программы». Следует немного остановится на структуре морской авиации Германии в 1939 г. Так называемые «береговые авиагруппы» (KüstenFliegerGruppen) делились на 3 отряда каждая. Вторые отряды в каждой группе занимались дальней разведкой и были вооружены летающими лодками Do-18. Фактически они должны были только наблюдать, потому что наступательное вооружение «дорнье» ограничивалось парой мелких бомб. Третьи отряды носили титул «многоцелевых» и имели упомянутые Не-59 – они могли бомбить, ставить мины и бросать торпеды. Первые отряды групп тоже именовались «многоцелевыми», но на самом деле были скорее «ближнеразведывательными», так как почти все имели на вооружении одномоторные гидропланы типа Не-60 и Не-114. Только 1./406 успел получить новые Не-115 и переучиться на них, став единственным современным ударным подразделением в морских ВВС. Однако, торпед он нести не мог.

То, что Не-59 из третьих отрядов береговых групп могли нести торпеды, не означало, что они тут же пошли в бой. Из наличных 4 в начале войны только три оказались на западе, а 3./506 вообще действовал против Польши и бросал там бомбы, неся потери. Лишь позже он был переброшен на запад.

С началом войны командующий ВВС (Fuhrer der Seeluftstreitkräfte, сокращенно F.d.Luft) генерал-майор Кёлер был отправлен на главное направление – на Балтику, и получил приставку «Восток» (F.d.Luft Ost). Для ведения войны над морем на западе был сформирован новый штаб (F.d.Luft West) во главе с генерал-майором Брухом. Потом, после объявления войны западными державами, кто-то опомнился и понял, где для Кригсмарине на самом деле главное направление: против Англии! Тогда оба командования авиации поменяли местами. Надо помнить, что, хотя морская авиация выполняла приказания морских начальников в плане боевых действий и имела в составе экипажей морских офицеров-наблюдателей, в плане организационном она все равно входила в состав Люфтваффе. Из-за этого возникало много проблем и трений, но они не входят в предмет рассмотрения этой статьи.

Когда 5 сентября фактически стало первым днем войны в акватории Северного моря, F.d.Luft West имел в своем подчинении три многоцелевых отряда: 3./106 в Боркуме (10 Не-59, из них 9 боеготовых), 3./706 в Нордернее (12 Не-59, все боеготовы), 3./406 в Листе (9 Не-59, все боеготовы). В воздух поднялись многочисленные разведчики Do-18 и Не-115, а древние бипланы остались на базах, неся дежурство с бомбами и торпедами. Как оказалось, это стало их обычным занятием на долгое время! Вылеты совершались, однако они имели характер вспомогательных: найти севший на вынужденную посадку самолет и спасти его экипаж, совершить перебазирование и тому подобное. 27 сентября в знаменитом бою с «потопленным» «Ark Royal» вставал вопрос о посылке в бой 3./406 – однако на тот момент она была вооружена бомбами, и, как было записано в документах, «не могла бомбить боевые корабли ввиду потолка до 3000 м»! Днем ранее во время перебазирований Не-59 понесли первую потерю, когда самолет «M2+SL» напрочь разбился севернее Юйста. Хотя в потерях ему записано 100%, самолет сломал только поплавок и был подобран кораблем обеспечения полетов «Rolshoven». Потом он был отремонтирован.

Второй раз дело коснулось Не-59 9 октября 1939 г., когда морская авиация опять устроила достаточно большую стычку с английским флотом. К тому времени 3./406 уже выбыла, чтобы переучиваться на Не-115, но зато на запад был переброшен отряд 3./506. В тот день в бой ему пойти не удалось. Честь открыть череду боевых вылетов немецких торпедоносцев во Второй мировой войне выпала 3./706. В 09.15 он выслал с Боркума в бой 8 машин, заправленных на 8 ч полета и потому имевших перегрузку. 3./106 в тот день дежурил с бомбами, его начали спешно перевооружать и в итоге он никуда не успел. К счастью для него! В 12.40 Кёлер послал торпедоносцам приказ возвращаться, неуверенный в их способностях и боящийся больших потерь. Связь оказалась плохой и только к 15.40 самолеты получили приказ, и то не все. В 17.45 назад вернулось 6 машин, даже близко не видевших противника, а самолеты «8L+UL» и «8L+WL» из-за нехватки топлива сели на вынужденные посадки, причем первый их них утонул со всем экипажем, а второй смогла спасти плавбаза тральщиков «Von der Goeben». Это были первые потери Не-59 в личном составе.

Еще раз Не-59 всплыли в мыслях командования 21 октября 1939 г., когда оно задумало атаковать английские суда и корабли, в большом количестве обнаруженные у восточного побережья Англии. Старые бипланы так близко от вражеского берега применять опять не решились, послали новые Не-115 – и 1./406 лишилась сразу 4 самолетов. Страшно представить, что бы сделали «спитфайры» и «харрикейны» с едва ползущими по небу бипланами.

К началу ноября переучиваться на Не-115 отбыл очередной отряд, 3./506, а 3./706 был переименован в 3./906 и тоже стал получать первые Не-115, хотя Не-59 в нем тоже числились. На этих машинах отряд стал усиленно готовиться к минным постановкам. Из-за постоянной ротации личного состава, в 3./106 осталось только 4 обученных торпедометанию экипажа. Это явно показывает отношение начальства к данному виду оружия в конце 1939 г.

Прежняя практика дежурства на базах с торпедами и бомбами зарекомендовала себя порочной: тихоходные бипланы просто не успевали долететь до вражеских кораблей, обнаруженных разведчиками, до тех пор пока они не оказались в опасной близости от береговых баз английских истребителей. Вследствие этого Кёлер решил перейти наконец к полетам «на охоту». Первый такой был выполнен 5 ноября 1939 года, но начали его слишком поздно и поэтому никого не обнаружили, вернувшись с торпедами.

Знаменательный для немецких торпедоносцев день пришелся на 7 ноября. В воздух поднялись две пары «охотников», причем сделали это уже с раннего утра. В 08.05 «M2+VL» доложил, что видит 3 эсминца в квадрате AN8198 (на полпути между Ден Хелдером и Грейт Ярмутом). Командир пары на «M2+YL» предостерег своего ведомого, что корабли, скорее всего, голландские, но нетерпеливый ведомый все-таки вышел в атаку и сбросил первую в той войне немецкую авиаторпеду. После посадке, в своем докладе командир машины (к сожалению, имени первопроходца установить не удалось) докладывал, что опознал цель как польский эсминец «Grom», который от торпеды увернулся. Надо сказать, что немецкие летчики осенью 1939 г. в Северном море постоянно атаковали «польские эсминцы», как будто других там не было. В данном случае все было оправдано на 100%, потому что атаке подвергся «Blyskavica». В 08.10 по Гринвичу он был атакован с 1000 ярдов, слева в носовую часть в 70 милях восточнее Лоустофта. В английских документах справедливо замечено, что это была первая торпедная атака самолета в войне. Поляки вели по гидросамолету зенитный огонь, но попаданий тоже не видели – их и не было, «хейнкель» благополучно вернулся на базу.

Это стало также единственной атакой немецкого торпедоносца в 1939 г. Хотя в литературе встречаются другие утверждения об атаках в декабре – все они были проведены при помощи бомб. 3./106 еще подежурил с торпедами несколько дней на своей базе, а с 13 ноября стал перебазироваться в Гроссенброде для проведения подготовки к минно-постановочным операциям, начавшимся в декабре. В самой первой операции разбился на взлете из Боркума и герой предыдущего эпизода – самолет «M2+VL». Весь его экипаж, кроме бортмеханика, погиб. Однако скорее всего, это был не тот экипаж, который проводил торпедную атаку 7 ноября (погибшие летчики раньше летали на поврежденном 23.11.39 «M2+PL»).

Так, в общем-то совершенно бесславно и закончился год для немецкой торпедоносной авиации. На первый взгляд, причины всего этого лежат на поверхности – плохие торпеды и устаревшие самолеты. Однако не все так просто. В следующем году не менее устаревшие и медлительные «суордфиши» своими торпедами произведут фурор в Таранто; кроме того, единственная атака 7 ноября показала, что в принципе сам факт атаки Не-59 по современному боевому кораблю не является запрограммированной неудачей. Самолет смог выйти на цель, сбросить торпеду, и при удаче – даже попасть, при этом сам не был сбит и далее поврежден. Будь атакующих самолетов два или даже четыре – шансы попасть сразу увеличивались бы! Однако, массированностью в применении торпедоносцев даже не пахло. Именно в этом, как мне кажется, и заключается провал 1939 г. – он был в умах командования, не знавших, как правильно использовать это совершенно новое и никак не опробованное для себя оружие. Это признавали и сами немцы. В отчете о годовом периоде применения авиаторпед, сделанном 19.11.40, было записано:

«Авиаторпеды с начала войны и до лета 1940 г. применялись редко и без успеха. Это было основано на малом количестве опыта, полученного в этой области в мирное время, а также на технической готовности торпед, разработка которых еще не была закончена». 

В течение осени и зимы совершенствование торпед было продолжено и процент их разбиваемости при скоростях больше 250 км/ч был понижен настолько, что удалось переоснастить наконец Не-115 в качестве самолетов-носителей. Также осенью 1939 г. были высказаны первые идеи по использованию для сброса F5 самолетов типа Не-111, но для их поступления в боевые порядки предстоял еще долгий путь величиной больше года, а также борьба между Кригсмарине и Люфтваффе на тему того, кто же должен командовать этими подразделениями колесных торпедоносцев. Однако это уже другая история, которая, я надеюсь, будет рассмотрена позже.

Характеристики немецких торпед в начальном периоде войны (данные 1942 г.):

1. NARA T-1022, roll 3323 - KTB und Anlagen Führer der Seeluftstreitkräfte West, 5.9.1939-24.4.1940
2. NARA T-321, roll 154 – Technische Amt, Stichworte für Vortrag über das Flugzeugtorpedogebiet, 3.7.42
3. NARA T-1022, roll 1949 – 1./Skl, Referat IL, November 1940 – Dezember 1941
4. Waffen-Arsenal, Band 183 – «Torpedo-Flugzeuge der Luftwaffe 1939-1945», М. Griehl, Podzun-Pallas-Verlag, 2000

Материал входит в цикл: