В погоне за «фрагами»

14 октября 2022

Николай Колядко

3

2553

В погоне за «фрагами»

У многих почему-то сложилось представление, что воздушная война – это такой отдельный «чемпионат», где результат определяется исключительно сопоставлением количества сбитых самолётов и «счетов» отдельных асов. Однако даже у истребительной авиации в большинстве случаев основная задача заключается вовсе не в бездумном сбивании всего, что летает в пределах видимости.

«Роковые минуты»

Ещё в 10.20 4 июня 1942 г. ничего не предвещало особых проблем Первому Мобильному соединению японцев, действовавшему северо-западней крохотного тихоокеанского атолла Мидуэй. Четыре эскадренных авианосца соединения – «Акаги», «Кага», «Сорю» и «Хирю» – приняли самолёты, вернувшиеся после удара по американской военно-морской базе на атолле, а их истребители охранения успешно отбивали разрозненные атаки как палубной, так и береговой авиации противника, нанося им огромные потери.

А на ангарных палубах авианосцев тем временем заканчивалось лихорадочное перевооружение «соединения №4», сводной группы из более чем половины имевшихся ударных самолётов – 45 торпедоносцев «Накадзима» B5N2 «Кейт» и 36 пикировщиков «Аити» D3A1 «Вэл» – прикрытых 12 «Мицубиси» A6M2 «Зеро», что должны были вскоре нанести сокрушительный удар по неожиданно обнаруженному авианосному соединению американцев.


.

Всё изменилось спустя считанные минуты, когда не замеченные ни наблюдателями с кораблей, ни истребителями охранения сразу три эскадрильи американских пикировщиков нанесли почти синхронный удар по японскому соединению. Результатом стали обширные пожары на ангарных палубах сразу трёх авианосцев, боеспособным остался только один – флагман 2-й дивизии авианосцев «Хирю».

Те, кто знаком с этими событиями по книге «Сражение при Мидуэе» за авторством капитанов 1-го ранга Мицуо Футида и Масатакэ Оку­мия (как, впрочем, и по многим другим книгам и статьям, где действия японской стороны при Мидуэе описываются прежде всего на базе ин­фор­ма­ции из данной ранней работы) несомненно помнят достойную древнегреческих трагедий душераздирающую историю о «пяти ро­ко­вых ми­ну­тах». Каковая из­ла­га­лась там следующим образом:

 Все самолеты на «Акаги» были выстроены на полётной палубе и прогревали двигатели. Огромный корабль начал разворачиваться на ветер. Через пять минут самолеты должны были начать взлёт. Пять минут! Кто бы мог подумать, что ход битвы может полностью измениться за такой короткий промежуток времени? 

Однако в нашей суровой ре­альности в момент атаки «Акаги» и близко не шёл курсом на ветер, никаких толп самолётов на его полётной палубе не было, а первая ударная группа единственного оставшегося не­по­в­реж­дён­ным ави­а­носца «Хирю» смо­гла на­чать взлёт не через пять, а более чем через тридцать минут по­сле на­ча­ла атаки американских пикировщиков, что вывели из строя три остальных японских авианосца.

Лишь в 10.54 «Хирю» отвернул на ветер и начал подъём ударной группы, состоявшей из эскадрильи пикирующих бомбардировщиков – 18 «Вэлов» – во главе с её командиром, капитан-лейтенантом Митио Кобаяси, и эс­ко­р­та из 6 «Зе­ро» под командованием заместителя командира истребительной эскадрильи, капитан-лейтенанта Ясухиро Сигемацу. По­ка са­мо­лё­ты го­то­ви­лись к вылету, экипажи собрали у надстройки, где к ним обратился командир авианосца, капитан 1-го ранга То­мео Каку. 


Взлёт «Аити» D3A1 с палубы авианосца

Со всем положенным в таких случаях пафосом он объяснил лётчикам важность их задачи, с учётом сложившейся об­ста­новки, а также на­пом­нил, что на данный момент их эскадрилья пикировщиков – это, ни много ни мало, две трети всех ос­тав­шихся у соединения ударных машин. Кроме них на борту имелось всего девять боеспособных торпедоносцев «Накадзима» B5N2 «Кейт». И поэтому задача вернуть обратно как можно больше самолётов для последующих действий не менее важна, чем собственно результативная атака вражеского авианосца. Как показали да­ль­ней­шие события, вторую половину его речи дисциплинированные японские пилоты благополучно пропустили мимо ушей.

За двумя зайцами погонишься…

К 10.58 все 24 машины поднялись в воздух, построились и, набирая высоту, взяли курс на восток-северо-восток. До единственного обнаруженного на тот момент американского авианосца, текущие координаты которого постоянно пе­ре­да­вал гидросамолёт-разведчик «Аити» Е13А «Джейк», на тот момент было около 90 миль [167 км]. Спустя полчаса бомбардировщики всё ещё летели к цели на эшелоне 3000 метров, ис­т­ре­би­тели над ними, а ко­ман­дир разведчика, что уже больше часа ухитрялся прятаться в облаках от истребителей боевого ох­ра­нения американского 17-го оперативного соединения, передал ударной группе «начинаю работать радиомаяком» – американские корабли вскоре должны были показаться на горизонте. Но спустя несколько минут командир эскорта заметил шесть серо-голубых са­мо­лё­тов, летевших тем же курсом далеко внизу, над самой водой. Он счёл их вражескими палубными торпедоносцами, возвращающимися на свой корабль.


Второй этап сражения при Мидуэе. Красным пунктиром показан курс первой ударной группы с «Хирю»

И капитан-лейтенант Сигемацу не придумал ничего лучше, кроме как обратиться к командиру пики-ровщиков с просьбой разрешить его истребителям «ненадолго отлучиться» дабы немножко отомстить за горящие авианосцы. Ну и заодно пополнить свои боевые счета. А капитан-лейтенант Кобаяси, ко-мандир тех самых двух третей оставшихся ударных машин Первого Мобильного соединения, от которых сейчас во многом зависел исход грандиозного сражения, не придумал ничего умней, кроме как данную эскападу разрешить, хотя речь шла о самолётах, не представляющих в данный момент ника-кой угрозы ни его бомбардировщикам, ни японским кораблям. 

Правда, есть серьёзные сомнения, что дело обстояло именно так. Скорей всего «разрешение» было придумано задним числом, а на самом деле лидер истребителей эскорта в лучшем случае лишь по-ставил в известность о своих намерениях командира эскортируемого подразделения, а затем поступил так же, как привык действовать в Китае. Где, ввиду отсутствия серьёзного истребительного противодействия противника, и возникла практика кансэцу энго, «непрямого эскорта», когда японские истребители считали своей главной задачей не просто сопровождать эскортируемые бомбардировщики, а без затей валить всё, что летает в пределах видимости, вне зависимости от степени их угрозы охраняемым самолётам.

Шестёрка «Зеро» спикировала на американские «торпедоносцы», которые внезапно оказались шестью пикировщиками «Дуглас» SBD-3 «Донтлесс». Казалось бы, невелика разница, однако, кроме бо-лее прочной конструкции, эти самолёты были и вооружены несколько серьёзней TBD-1 «Девастейтор», четыре десятка которых японцы в этот день уже успели сбить. Плюс они летели налегке, да и численного превосходства на этот раз не имелось. Так что ожидаемой «охоты на сидячих уток» не получилось – сомкнувшие строй бомбардировщики встречали атакующие «Зеро» из двенадцати стволов спаренных 7,62-мм пулемётов стрелков-радистов и при любой возможности провожали их из того же количества уже 12,7-мм синхронных «Браунингов». 


Стрелковое вооружение «Дуглас» SBD-3 «Донтлесс»: 2×12,7-мм в носу и 1×2×7,62-мм на турели

К тому моменту, ко­г­да до капитан-лейтенанта Сигемацу дошло, что «что-то пошло не так», все шесть «Донтлессов» хоть и получили по­па­дания, но продолжали лететь, держать строй и отстреливаться. В то время как два «Зеро» получили такие повреждения, что ни о каком продолжении выполнения ими боевой задачи речи уже не шло, и их пришлось отправить обратно на авиа­но­сец. И если один из этих истребителей дотянул до «Хирю» и смог на него сесть, окончательно разбив при этом са­мо­лёт, то второй даже не стал пытаться и аварийно сел на воду поблизости от первого попавшегося эсминца охранения со­е­ди­нения.

Од­на­ко не это было главной проблемой – как незадолго до этого продемонстрировала группа Джона Тача, даже четыре истребителя эскорта могут се­рь­ёзно ос­ло­ж­нить жизнь воздушному охранению вражеского соединения. Проблема была в том, что оставшейся четвёрке надо было опять на­би­рать 3000 м высоты, плюс догонять летевшие всё это время на крейсерской скорости 300 км/ч «Вэлы». С учётом скороподъемности и скорости «Зе­ро», им на это тре­бо­валось не более десяти минут. Но оказалось, что этих минут у них в запасе как раз и не было.

Нас мало, но мы с «Хирю»!

В 11.52 оператор радара авианосца «Йорктаун» доложил об обнаружении очередной цели. Эта засечка была да­леко не первой, весь предыдущий час в журналах диспетчеров ПВО обоих американских оперативных соединений уже был заполнен многочисленными приказами истребителям воздушного охранения проверить очередной радарный «призрак», но все они оказывались возвращающимися американскими самолётами. Однако на этот раз засечка на дальности в 32 мили [59,3 км] и пеленгу 255° была явно групповой, скоростной и, судя по всему, высотной – хотя РЛС типа CXAM-1 высоту определять не умели, но она примерно вычислялась косвенными методами. Поэтому диспетчер ПВО 17-го ОС капитан 3-го ранга Пе­дер­сон отправил на проверку «контакта» сразу половину воздушного охранения.

Но, как обычно и бывает, произошло это всё в самый неподходящий момент. Двенадцать «Уайлдкэтов» 2-го и 4-го дивизионов 3-й истребительной эскадрильи только что поднялись в воздух и не успели не только набрать высоту, но даже хотя бы распределиться по звеньям и дивизионам. Спустя пару минут, так и не дождавшийся сбора своих подчинённых командир 4-го дивизиона старший лей­тенант Артур Брассфилд доложил об этом диспетчеру, после чего кинулся вдогонку за этими подчинёнными, что не­ор­га­ни­зо­ван­ной тол­пой – кто звеньями, а кто вообще поодиночке – уже летели на перехват противника. Диспетчер ПВО целых пять минут честно пытался как-то победить этот бардак, после чего, на всякий пожарный, отправил по пе­ле­н­гу 255° ещё и 2-й дивизион, а заодно запросил помощь у соседей из 16-го ОС.


Фрагмент журнала переговоров диспетчера ПВО 17-го оперативного соединения.

В результате перетяжелённые «Грумман» F4F-4 «Уайлдкэт» с их сильно просевшей скороподъёмностью атаковали японские пикировщики разрозненно, причём либо снизу, ещё набирая высоту, либо, максимум, с одного с ними эшелона. К тому же молодые пилоты ещё не привыкли к сильно уменьшившемуся боекомплекту четвёртой модели «Уайлдкэта» – с 34 до 18 секунд огня – и многие из них сгоряча расстреляли его в одном-двух заходах. А парочка вообще неправильно приняла целеуказание и в бое не участвовала.

Лишь это всё спасло японскую эскадрилью от полного уничтожения. Тем не менее, к тому моменту, когда на поле боя прибыли, наконец, четыре неудачно поохотившихся «Зеро» и оттянули на себя хотя бы часть истребителей противника, в воздухе над американским соединением оставалось лишь семь «Вэлов», не избавившихся от бомб.  Хотя правильней было бы сказать – целых семь!

Пилоты японской морской авиации, особенно палубной, были на тот момент, без сомнения, лучшими в мире. Но и у них имелась собственная внутренняя иерархия, согласно которой главными «экспертами» по бомбометанию с пикирования считались лётчики эскадрилий пикировщиков 2-й дивизии авианосцев, в которую входил и «Хирю». Так что к «Йорктауну» приближались не просто лучшие морские пилоты-пикировщики планеты, а ещё и лучшие из этих лучших. И пусть командный состав их эскадрильи был либо уже выбит, либо избавился от боевой нагрузки и не очень убедительно изображал истребители прикрытия. Пусть строй был разбит, а семь сохранивших бомбы самолётов прорвались к своей цели разрозненными группами с трёх разных направлений. Всё равно их атака прошла как по учебнику.


Зенитное вооружение АВ «Йорктаун» в ходе сражения при Мидуэе: 8×127-мм, 4×4×28-мм, 24×20-мм, 12×12,7-мм.

Возможно, это получилось случайно, но первыми, как и положено, атаковали пикировщики, нёсшие 250-кг фугасные авиабомбы со взрывателями, установленными на минимальное замедление. Их задачей было подавлять ПВО атакуемого корабля, а в случае авианосца – ещё и выводить из строя его полётную палубу. За ними с других пеленгов последовали их коллеги уже с противокорабельными «полубронебойными» бомбами.

В сумме они добились трёх прямых попадания (из них одно фугаской) и двух очень близких промахов, тоже нанесших повреждения – японские пилоты даже приняли их тоже за прямые – великолепный результат для семи машин, атаковавших активно маневрирующий на 30 узлах [55,5 км/ч] и имевший неплохую по тем временам ПВО корабль. Но и японцам всё это обошлось очень недёшево – из 24 вылетевших самолётов уцелело лишь шесть. Пять пикировщиков и один «Зеро». Однако на этом последствия неудачной «охоты» лихих японских пилотов-истребителей отнюдь не закончились.


Атака японских пикировщиков на АВ «Йорктаун». Один из «Вэлов», похоже с оторванным хвостовым оперением, падает по курсу корабля, взрыв его бомбы виден за кормой. Сверху заходит ещё один пикировщик.

У японцев ещё оставался их последний аргумент – десять торпедоносцев «Кейт» и их эскорт из шести «Зеро», но командование дожидалось результатов первой атаки. Наконец, в 12.45 поступило сообщение от одного из уцелевших пикировщиков: «Вражеский авианосец горит. Никого из своих не вижу. Возвращаюсь.» К тому времени японцы уже знали, что у противника в этом районе есть ещё минимум два авианосца, поэтому командир авиагруппы «Хирю» капитан-лейтенант Дзёити Томонага, возглавивший отряд торпедоносцев, получил логичный приказ найти и атаковать какой-нибудь из этих ещё не повреждённых авианосцев. Всё ещё оставался шанс свести сражение, как минимум, «вничью».

Не совсем неизбежный финал

Как показала практика того дня, японскому авианосцу трёх прямых попаданий скорей всего хватило бы. Но на «Йорктауне», в отличие от японцев, сделали серьёзные выводы из недавнего опыта сражения в Коралловом море. При первой же угрозе атаки все магистрали подачи бензина были осушены и заполнены углекислым газом, системы пожаротушения и подразделения борьбы за живучесть находились в полной готовности. А ещё у них не было толп заправленных и вооружённых самолётов на борту.

Поэтому пожары в кормовой части ангарной палубы и в опасной близости от носовых боевых погребов и танков с авиабензином были быстро потушены, а трёхметровая дыра в полётной палубе – оперативно заделана. Сложней оказалось с результатами попадания в дымоходы и пожара в котельном отделении, но уже через час и двадцать минут после атаки «Йорктаун» был способен развивать скорость в 20 узлов [37 км/ч] – пусть далеко не максимальную, но достаточную, чтобы поднимать самолёты.


Скромные герои лома и топора. Корабельные плотники «Йорктауна» заделывают пробоину в полётной палубе. На заднем плане санитары убирают тела погибших зенитчиков.

Так что вышедшие в 14.30 опять на 17-е оперативное соединение японские на этот раз торпедоносцы обнаружили в его центре бодро поднимавший истребители авианосец безо всяких признаков пяти прямых попаданий, о которых отчитались пикировщики. Капитан-лейтенант Томонага ни секунды не сомневался, что это другой, ещё не подвергавшийся атаке корабль. Потеряв по половине как ударных самолётов, так и истребителей, японцы достали «Йорктаун» ещё и двумя торпедами, отправившими многострадальный авианосец уже в серьёзный нокаут – спустя всего десять минут прозвучала команда «Оставить корабль!»

Можно долго прикидывать, что было бы, если бы к «Йорктауну» прорвалось больше пикировщиков, что нанесли бы более серьёзные повреждения, а торпедоносцы вывели из строя ещё и второй американский авианосец, в чём они, кстати, были полностью уверены. В реальности же финального сражения «один на один», на которое японцы надеялись, не получилось. В 16.58 сорок «Донтлессов» со всех трёх американских авианосцев, включая «сироток» с «Йорктауна», атаковали остатки Первого мобильного соединения и вывели из строя последний его авианосец. На чём основная часть сражения при Мидуэе и закончилась.

Оставленный командой догорающий «Хирю» утром следующего дня.

Конечно, было бы смешно объявлять капитан-лейтенанта Ясухиро Сигемацу с его неудачной эскападой главным виновником поражения в огромном сражении. Эта была лишь одна из серии небольших в общем-то ошибок японцев. Но как говорили древние: «Любое сражение – это череда ошибок с обеих сторон. И побеждает тот, кто совершит хотя бы на одну меньше.»

Источники:

  1. Fighter Director, Task Force 17, Communication Log, 4 June 1942.
  2. Commander-in-Chief, First Air Fleet, Detailed Battle Report No. 6, 15 June, 1942.
  3. Commanding Officer U.S.S. YORKTOWN (CV-5), Report of Action for June 4-6, 1942, June 18, 1942
  4. (戦史叢書) ミッドウェ—海戦 (Военная история) Морское сражение при Мидуэе, 1971
  5. John B. Lundstrom, “The First Team: Pacific Naval Air Combat from Pearl Harbor to Midway”, 1984.
  6. Jonathan B. Parshall, Anthony B. Tully “Shattered Sword: The Untold Story of the Battle of Midway” 2005.
Поделиться
Комментарии
Alexander Medvedev
14.10.2022 13:50:14
Одно сплошное удовольствие читать этого автора ) Спасибо!
Рыбьяков > Alexander Medvedev
14.10.2022 13:58:10
А какое удовольствие его публиковать!
Леонид Кучеров
04.01.2023 15:41:56
Спасибо за статью. Вообще когда "судьба великой Империи" зависит от "пяти  роковых минут", "отмененной 3 -ей волны атаки на Перл Харбор", "великих летчиков и самолетов  авианосного флота общей численностью в несколько сотен" и от "желания набить фрагов 1 (одного) командира ВВС" невольно начинаешь  думать о том что уж как то слишком мал запас прочности "от дураков" у такой "великой" империи.
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.